Исповедь лемминга

Антон Фарб

 

ИСПОВЕДЬ ЛЕММИНГА

 

 

 

… Удар, резкий хлопок — и пол проваливается под ногами. Я падаю в Люк. Ветер свистит в ушах, глаза слезятся, а сердце гулко ухает в груди. Как всегда.  Все с начала…

 

 

При падении я подвернул лодыжку, но это мелочи. Кого это волнует? Кого вообще волнует мое «я»? Нет никакого «я». Есть «мы».

Мы — лемминги. Мы — это прайд. Мы всегда идем вперед. Нас ничто не может остановить. Мы всегда шагаем в ногу. Всегда! Вперед!

А лодыжка-то болит все сильнее. Еще и опухла, по-моему. Эх, остановиться бы… Ну хоть на секундочку! Присесть, осмотреть ногу, да просто перевести дыхание, в конце концов! Но ни черта не выйдет. Мне сегодня не повезло. Я оказался направляющим. Я гордо шагаю (вообще-то, уже почти хромаю — но ведь нельзя гордо хромать, верно?) впереди прайда. Мне в затылок дышат тысячи других леммингов.

Я веду их.

Нет, конечно, веду их не я. Я вовсе никакой не избранный, я такой же как все — просто мне не повезло, и я очутился во главе колонны. А кто ведет нас, леммингов, и главное — куда он нас ведет? — это вопрос.  Я иногда над ним размышляю. Но сейчас. Сейчас у меня слишком сильно болит нога. Мне не до размышлений.

А какой это уже уровень? Черт, я сбился со счета где-то на пятидесятом… Да и сам номер уровня не имеет значения; меня волнует другое. Процент. Его Величество Процент. Сколько леммингов придется принести в жертву Тому, Чье Имя Неназываемо? Сколько моих безликих братьев рухнут в бездонные пропасти, будут взорваны Его безжалостной рукой, утонут в кипящей смоле, или погибнут другой, не менее мучительной смертью?..

Странно, но я единственный, кого это волнует. Или нет? Или может быть каждый из нас в глубине души страстно желает дойти? Вряд ли. Любой нормальный лемминг с гордостью жертвует собой ради прайда. Без страха и упрека он прыгнет в глубокую расщелину или дернет запал самоуничтожителя и метнется на непроходимую стену. В этом и заключается смысл жизни любого нормального лемминга. Ты можешь умереть — но прайд должен дойти!

Я — урод. Я не хочу умирать за других. Я устал умирать ради этого безмолвного стада. Моя покорность исчерпалась. Все, хватит. Я хочу дойти!

Дойти до Последнего Уровня. Пройти его от начала и до конца — и нырнуть во врата рая. Там не надо никуда идти. Там никто не толкает тебя в спину. Там пол не проваливается под ногами. Там не приходится прыгать с отвесных обрывов, лихорадочно молясь про себя, чтобы Тот, Чье Имя Неназываемо успел дать тебе парашют.

Там никто не приказывает тебе. Даже Он не в состоянии дотянуться до тебя Там.

Я хочу дойти Туда!

Все хотят. Потому и идут. И у меня, урода, шансов не больше, чем у других. Незаменимых нет — вот девиз леммингов. В одиночку Туда не добраться. Надо держаться вместе. Всем прайдом. И без тени сомнения надо жертвовать собой во имя прайда.

Это долг каждого лемминга. Ты должен!

Чушь! Я никому ничего не должен! Я никогда ничего не брал в долг! Я хочу дойти — а собой пусть жертвуют другие…

Но ты ничем не лучше них!

Я лучше! Я — это я. А они — всего лишь части прайда. Им не дано осознать себя. Они — винтики. Я — личность. У меня болит нога, меня мучает одышка и я не хочу шагать в ногу. Ничего, скоро первый тупик, а там можно будет развернуться и затеряться в толпе. Пока кому-то дадут кирку, пока движение восстановится, толчея выйдет знатная — можно будет и посидеть маленько…

 

 

Пыль щиплет глаза, оседает ровным слоем на коже и настырно лезет в легкие. Кирка весит с полтонны, и при каждом взмахе грозит вырваться из рук. Спину ломит. Острие кирки вонзается в стену и во все стороны летят мелкие камушки.

Свет. Дырка сквозная. Наконец-то. Я украдкой оглядываюсь. Даже не верится, что этот туннель, до отказа заполненный леммингами, прорыл я. Я, своими руками!

Еще пару энергичных взмахов — и можно будет вырваться из этого подземелья.

Раз, два, три… Есть!

Я роняю бесполезную теперь кирку и иду вперед. Хочется посидеть и перевести дыхание, но некогда. За мной прайд. Тысячи леммингов толкают меня в спину. Козлы, хоть бы спасибо сказали…

Работай на них после этого!

А что мне остается? Я ведь такой же как они. Почти. Просто я — урод, а они — нормальные лемминги. Или наоборот? Да нет, все же урод — это я; их же больше, так?

С уродами у нас разговор короткий. Кирку в руки — и вперед, камушек рубать. И главное — ведь всего на секунду притормозил, на одну секундочку присел помассировать лодыжку… А не фиг! Все идут — и ты иди. Не филонь! Будь как все! Или может тебе еще и лопату подкинуть?

Устал я. Все мне надоело. Вначале — первый десяток уровней — было даже интересно. Мы — тогда «я» еще не было, было только «мы» — все верили, что дойдем. Каждый новый уровень считали последним. Каждый раз бросались в Ворота с радостным визгом «Йа-пиии!!!». Вздрагивали каждый раз, когда под нами снова и снова проваливался Люк.

А потом я начал уставать. Мне надоело видеть как те, с кем я шагал в ногу, с поросячьим восторгом идут на верную смерть. Мне осточертело умирать самому — даже не зная ради чего!

То есть, ради чего — я знал. Все мы знали. Ради прайда. Ради тех, кто дойдет.

Но я был первым — и единственным — леммингом, кто спросил себя «Почему я?». Спросил и не нашел ответа.

Я ищу его до сих пор…

 

 

Вот он, момент истины. Дорога, такая мирная и спокойная, кончилась. Все. Дальше — пропасть. Дальше — смерть.

До нее уже рукой подать, но мы по-прежнему спокойно вышагиваем вперед. Я впереди.

Я начинаю паниковать. Эй, Ты, Как Тебя Там, проснись! Ты, часом, про нас не забыл? Мы ведь сейчас бодро шагнем в эту пропасть. Все, до последнего лемминга. И пиши пропало! Придется начинать уровень сначала…

Он молчит и ничего не предпринимает. С Ним такое бывает. Он может просто так, развлечения ради, устроить Большой Взрыв. Говорят, это Его веселит…

Но я не хочу умирать! Не хочу падать в пропасть только потому, что за мной тысячи бездумных зомби. Не хочу!

Я останавливаюсь.

Я не могу в это поверить — но я останавливаюсь. Я делаю то, о чем мечтал с того самого момента, когда перестал думать о себе «мы». Я не подчиняюсь.

Я останавливаюсь. Поднимаю руки и оборачиваюсь.

— Стойте! — кричу я.

Идущий следом за мной лемминг натыкается на меня. Он даже не пожимает плечами. Просто поворачивается и идет обратно. Кретин. Ну и черт с вами со всеми! Была бы возможность, я бы просто отступил в сторонку и дал бы вам всем ухнуть в пропасть. Всем. Без разбора.

Но отступать здесь некуда. Приходится стоять и заворачивать вас обратно. А дальше… Плевать, что будет дальше!

Я уже остановился. Я не подчинился Ему. Я не пожелал умирать во имя прайда. Я сделал это!

Боже, как это приятно — принимать решения самому!

Эй, ты, болван, ты что творишь?!! Ты думаешь, что я стою здесь только для того, чтобы ты построил надо мной лестницу? Архитектор, блин… Вот и спасай таких недоумков! А, ладно… Строй. И шагай по ней, строитель. Вперед. Во имя прайда. Можешь и остальных с собой прихватить… Валяй.

Давайте-давайте, я не обижаюсь! Вперед, по лестнице, по моей голове, ничего, я потерплю… Смелее! Там вас ждут Ворота, Последний Уровень, рай и что там еще нам обещали?..

Я в это больше не верю. Стоит только попробовать остановиться — и все эти иллюзорные мечты рассыпаются в прах. Мне не нужен рай. Туда слишком долго идти. А я хочу немного постоять. Я давно об этом мечтал.

Ага, этот строитель уже вторую лестницу закончил — над пропастью. Ничего, молодец, оперативно. Пока строил, всего десяток леммингов успели погибнуть. Но это мелочи. Десяток из тысячи — разве это Процент?..

А остальные уже бодро шагают дальше.

Идите, лемминги, идите. Скатертью дорога. Только без меня.

Вы мне надоели.

Мне и тут хорошо.

Я еще немножко постою, а потом… Что это?!

Нет, не может быть. Я не верю. Не сейчас. Нет! Я не хочу! Будь Ты проклят, скотина! Будь Ты проклят!

Самоуничтожитель. Как всегда — чертовски не вовремя.

Ну вот и конец. Вот и все. Сколько там еще? Три, два… Проща…

 

 

… Удар, резкий хлопок — и пол проваливается под ногами. Я падаю в Люк. Ветер свистит в ушах, глаза слезятся, а сердце гулко ухает в груди. Как всегда.  Все с начала…